Claus Mortimer (anubis)

Страница: 1

Сообщений 1 страница 4 из 4

Поделиться12022-04-03 21:39:39

Автор: v z n f
Администратор
Зарегистрирован: 2014-04-23
Приглашений: 0
Сообщений: 355
Уважение: [+3/-0]
Позитив: [+0/-0]
Провел на форуме:
7 дней 20 часов
Последний визит:
2026-02-20 18:23:13

КЛАУС МОРТИМЕР
Daniel Andrew Sharman
бог египетского пантеона (Анубис/Инпу), 27 лет

конкретного места проживания нет, путешествует по миру
таксидермист, неудачливый арт-диллер с любовью к древностям, очень плохой блогер
одновременно с этим является проводником в Дуат, из-за чего является постоянным постояльцем психиатрических лечебниц

- проводник, имеет прямую связь с Дуатом; может гулять по нему, видеть, чувствовать и болтать с его обитателями, а также по мере необходимости передавать свои ощущения другому/переносить другого в Дуат (вся эта история является и способностью и обязанностью, так как Анубис - страж и проводник Дуата - должен следить за его обитателями)
- через Дуат может перемещаться на далекие расстояния (в пространстве Дуата времени занимает немногим меньше, чем просто пройтись пешком или проехаться на ладье, расходует много сил, но в реальном мире будет казаться, что прошло несколько минут)
- помнит все свои прочие реинкарнации, включая моменты смерти
- может обращаться в шакала/пса, вообще в других тварей тоже может, но не хочет (наиболее часто обращался в шакалов, змей и ящериц)
- обладает нескромными познаниями в лечебных и ядовитых травах, восхитительно бальзамирует умерших
- может безболезненно вырвать у человека сердце, взвесить его благие и плохие деяния дабы решить, чего тот заслуживает после смерти (скилл забавный, но в мирной жизни ничем не пригодился)

биография
На просторах инстаграма блог, написанный, похоже, тем еще графоманом. Вместо красивых проработанных снимков - дурные рисунки да фотографии мертвых животных (это чучела, конечно же, а вы что подумали?). Клаус завел его в день своего совершеннолетия в качестве отдушины и возможности рассказать о том, что происходит вокруг. Популярности благодаря этому проекту он не обрел. Да и не стремился.

А ты ведь даже и не в курсе, верно? Вокруг тебя - пустынный город, до крайности серый. Горячий песок ярко блестит на солнце, а ночью превращается из главного твоего врага в неуютную холодную постель. Сухой безжизненный ветер обвивает лицо и пальцы. Тебе нечем дышать уже довольно долгое время. Хочется сорвать кожу с лица, но от этого, поверь, станет, только хуже.
Добро пожаловать в Дуат, детка!
[описание профиля в инстаграм]

Человек, что зовет себя Клаусом Мортимером, родился 27 лет назад и осознал себя примерно через шесть лет после этого момента. Одновременно с этим он пришел к выводу, что с ним что-то не так. Подобная история случается с детьми довольно часто - так подумал бы любой здравомыслящий человек. И был бы прав в некотором роде, потому что... смею вас уверить, что нормальных людей в этом мире найти не так уж и просто. Родители мальчика пришли к такому же утешительному выводу, тем более, что сами они были художниками - людьми с довольно сильно развитым воображением. Рассказы юного Клауса о далеких песочных барханах вызывали у взрослых некоторую степень удивления, но не казались чем-то из ряда вон. Мало ли где ребенок мог увидеть пустыни, правда? Тем более что район, в котором жила семья Мортимер, был низкого достатка и выходцев из жарких стран там было немало. Когда же фантазии мальчика начали выходить на новый уровень, а к рассказам о солнечных странах добавились галлюцинации о мертвых людях и неестественное для маленького мальчика поведение, парень впервые попал к мозгоправу.

Я помню, как стал тем, кто я есть. У меня в памяти сотни жизней, что я прожил на том и этом свете. Моя роль всегда одинакова. Мир приготовил мне незавидную участь. Я тот, что встречает тебя у первых врат. Я тот, кто помогает тебе пройти сквозь змей и насекомых. Демоны не станут трогать тебя, пока я стою рядом с тобой. Я знаю, что я делаю. Не знаю только, зачем...
[запись от 19.12.2021]

Родители не могли позволить себе дорогие частные клиники - двое не самых успешных художников, обивающих пороги всякого рода арт-диллеров не могли семью прокормить, не то что платить за дорогих специалистов. Мальчик получал бесплатную помощь, которая не много могла дать в перспективе. Клаус закрывался в себе, часто общался со своими галлюцинациями, вырос, в общем-то благодаря их поддержке. В какой-то момент призраки даже стали его обыденностью. Парень даже умудрялся вполне неплохо учиться и заводить друзей. Родители забили тревогу лишь когда в возрасте 14 лет парень на несколько исчез из дома, а в компании ребят, с которыми он дружил, начали употреблять наркотики (как будто своих галлюцинаций ему не хватало). Клаус был вынужденно помещен в психиатрическую лечебницу, где провел около месяца. Там-то он и встретил ее. Нелюдимая девчонка, старше его на несколько лет, с длинными цветными волосами. Она говорила о мертвых и вьюгах. Он увидел в ней что-то близкое и родное. Она даже и не думала с ним разговаривать. Пришлось ходить за ней по пятам, чтобы получить хоть каплю внимания. От нее веяло таким холодом, что он как будто физически ощущал озноб, когда находился с ней в одной комнате. Видимо, верно говорят, что чем меньше человек уделяет нам внимания, тем больше он привлекает. Клаус почти сразу влюбился в нелюдимую незнакомку, буквально преследовал ее везде, чтобы она поговорила с ним. Ему даже пришлось кидаться в нее едой, чтобы обратить на себя ее гнев. На вторую неделю она сдалась. С того момента он был ее главным, если не единственным, собеседником. И он не ошибся, когда с первых секунд определил в ней родственную душу. Возможно, их поместили вместе не случайно. Она тоже видела мертвых, общалась с ними. И она точно знала, почему это происходит. По разговорам с ней он понял, что девочка считает себя богиней мертвых Хель, что описана в скандинавских мифах. Клаус был единственным, кто понимал, о чем она говорит.

Древние люди боялись шакалов, которые разрывали свежие могилы и питались мертвечиной, поэтому начали ассоциировать шакалов и псов с защитниками ка, что оказалась на той стороне. Древние люди боялись смерти, потому что за ней неизвестность, поэтому связали с ней справедливого властителя Западных земель. Они назвали меня Инпу и изображали меня с головой шакала. Так им казалось, что смерть - друг. И я стал их другом. Я и твой друг.
[первая запись в блоге, от 25.08.2016]

Воспоминания о прошлых жизнях начали возвращаться примерно после первой психушки. Клаус считал, что во многом на это повлияли разговоры с Хель. Это казалось чем-то вроде дежавю. Ему снились сны о том, что он - египетское божество. Время от времени в голове всплывали сюжеты, донельзя подробные, о поисках расчлененного тела великого владыки Египта - Осириса. Клаусу снилась мать - если быть точным, множество разных матерей - которая воспитывала его. Он знал разные эпохи как будто сам там жил. И это совсем не было похоже на учебники истории. Это были обычные жизни обычных людей. Похожие одна на другую. И везде его сопровождали сотни и тысячи умерших людей, которые считали, что он обещал им покой. Естественно, такие спутники и то, о чем они рассказывали, не очень благотворно сказывались на душевном спокойствии мальчика. Нервные срывы, истерики и большое количество седативных препаратов - все это помогало сосредоточиться на своей жизни и продолжать барахтаться в поисках своего места.

Пусть знает каждый, что верит в меня, что глубоко на западе лежит мое царство, укутанное песчаными покрывалами. Там уже нет места скорби за свою ушедшую жизнь, но начинается время борьбы за достойное существование в объятиях посмертной жизни. И нет никаких особых привилегий ни для единой ка, но есть равенство всех и вся пред весами, что держу я во время последнего испытания на суде отца моего Осириса.
[запись от 13.11.2017]

Стараясь найти это самое свое место в жизни, юный Клаус пытался пойти по стопам родителей и уже в возрасте 17-ти лет начал обивать пороги известных арт-дилеров Нью-Йорка с мрачными и мутными картинками, которые выдавал за произведение искусства, достойное лучших галерей современного искусства. Как и ожидалось, смысла и великого гения Мортимера никто не оценил. Разочарованный, но не сломленный, юноша попробовался на поприще арт-дилера, раз уж уже имел опыт в общении с гениями этой сферы. Оказалось, что быть специалистом в этой области куда труднее, чем пытаться доказать, что твое искусство имеет какой-то смысл. Клауса крайне успешно и умело выгоняли сначала из первоклассных галерей, потом из галерей поскромнее. В конце концов, двери для него закрылись буквально во всех заведениях, худо бедно связанных с искусством. И даже не сказать, что знания Клауса оставляли желать лучшего - как раз наоборот, тут он мог выдавать потрясающие воображение факты и истории. Проблема главным образом составлялась из абсолютного неумения презентовать себя и вести более менее осмысленный диалог. Парень вечно уходил от темы, плавал где-то внутри своих мыслей, нередко начинал разговаривать со своими иллюзиями/призраками. Голова его вмещала слишком много всего. И все это он старался высказать прямо здесь и сейчас, безо всяких промедлений, либо терялся и не мог сказать ни слова. Сделки срывались одна за другой, Клаус отпугивал людей. Единственными собеседниками, которые понимали его, были мертвецы. Ну и сумасшедшие, с которыми он проводил примерно четверть своей жизни.

Когда ты проходишь мимо меня по улице, знай - я вижу, когда ты умрешь или как уже умер. В моей власти провести тебя по пустыням Дуата, вырвать сердце из твоей груди (не бойся, больно не будет), чтобы положить его на весы против пера всезнающей Маат. Одно мое слово решит твою судьбу. Но не бойся, я буду справедлив. И откроются перед тобой величественные тростниковые поля, о благословенный Ах.
[запись от 07.06.2019]

Поиски смысла привели Клауса к природе. Уединенные леса и каньоны Америки внесли в жизнь парня спокойствие и вдохновение. Мортимер начал путешествовать автостопом и собирать мертвых животных - свое призвание он нашел в таксидермии. В конце концов, это искусство было для него рутинным и приятным многие тысячи лет.

Поклонись собаке, которая проходит мимо тебя, ибо в ней есть бог. Поклонись ящерице, змее или другому гаду, что заполз в твой дом. Великий Ра оберегает его. И тебя с ними.
[запись от 29.03.2022]

Поделиться22022-04-20 21:46:54

Автор: v z n f
Администратор
Зарегистрирован: 2014-04-23
Приглашений: 0
Сообщений: 355
Уважение: [+3/-0]
Позитив: [+0/-0]
Провел на форуме:
7 дней 20 часов
Последний визит:
2026-02-20 18:23:13

Несвятые в поисках дядюшки
Ian Bohen or Daniel Gillies or else, 45
бог египетского пантеона [Сет]

связь с персонажем: все сложно, как только может быть сложно у племянника с дядей, которому жена изменила с братом (и примерно также сложно, как я сейчас это описал).

Мы с тобой знаем друг друга несколько вечностей подряд, но в самый отвественный не узнаем друг друга. Наши вечности адски болят в груди множеством разговоров. Ты мог бы быть моим отцом, но раз за разом мы выходим к этому дурацкому кругу, где ты и я - никто друг другу. Вообще, если подумать, у нас с тобой так ужасно мало общего, что вообще не ясно, как мы умудряемся вновь и вновь сходится друзьями. Когда ты полыхаешь, а полыхаешь ты часто, меня обязательно заденет хотя бы по касательной. Хоть ты и старше, но у меня вечно ощущение, что приходится убирать за тобой всякое дерьмо. Ведь ты - ярость. А я - заупокойный холод. И все же ты самый важный из всех, и я иду за тобой. Снова. И снова.

Сет в некотором роде наставник Анубиса в моем понимании. Но не такой, который воспитывает и поучает, а скорее как беззаботный дядюшка, на которого хочется быть похожим. Сет - ярость и яркость, мне он видится успешным художником-акционистом. Клаус некоторое время пытался был арт-диллером, крайне неудачно. Они могли познакомиться именно в этот период, но не узнать друг друга как богов. Сет мог учить юного Клауса как вести себя с публикой и заказчиками, но Клаус уж слишком погружен в себя, чтобы эти уроки подействовали так, как этого бы хотелось обоим.

Я постарался оставить большой простор для фантазии, готов в общем-то к любому Сету, главное, чтобы он был. У меня нет ни одного поста за этого персонажа, к тому же я не играл добрые пять-шесть лет. Могу предложить старые посты, но не уверен, что сейчас они будут хоть отдаленно похожи с моим нынешним стилем, так что...

Поделиться32022-05-09 15:08:04

Автор: v z n f
Администратор
Зарегистрирован: 2014-04-23
Приглашений: 0
Сообщений: 355
Уважение: [+3/-0]
Позитив: [+0/-0]
Провел на форуме:
7 дней 20 часов
Последний визит:
2026-02-20 18:23:13

Несвятые в поисках близкой по духу
Tuppence Middleton or else, 24
a-human or norse goddes [Hel] \\ snedronningen (Snow Queen)

связь с персонажем: очень близкая подруга из детства, Клаус у нее в вечной фрэндзоне

У нас с тобой общий секрет. Хотя назовешь ли ты это секретом - я не знаю. Ты с таким упоением рассказываешь всем подряд, что ты - королева мертвых, что я уже не уверен, что для кого-то это может быть тайной. Ты видишь их, холодных и замерзших мертвецов, рассказываешь об этом каждому встречному, но в твоей памяти так и не появилось воспоминаний. Ты боишься, что на самом деле это всего лишь выдумка. Я вижу это, когда говорю с тобой. Ты боишься оказаться той, кем все тебя считают. Сумасшедшей. Ты же видишь их, столь же отчетливо, как вижу своих мертвецов я, но... прошлые жизни никак не возвращаются к тебе, и с каждым годом твои мысли все больше путаются во тьме. Ты просишь меня называть тебя Хель, ведь если кто-то тоже верит, то фантазия кажется чуть ближе к реальности.
Мы познакомились с тобой совсем детьми, когда я впервые попал в психушку. Я влюбился в тебя с первого взгляда. Ты была столь одинока, пугающая и поразительная. Я сходил с ума, понимая, что не могу получить и капли твоего ледяного внимания. Ты такая холодная, что даже жар моей настойчивости не в силах тебя растопить. Мне приходится раз за разом выводить тебя из себя. Ты злая. Жестокая. Я люблю это в тебе. Мне нравится, как ты делаешь мне больно своим холодом. Это делает меня хоть немного более живым. Кажется, я твой единственный друг, но к чему это привело? Ты никогда не давала мне и капли надежды, заставляя есть стекло из твоих рук. Моя чудесная снежная королева.
Я знаю, твои истории повлияли на тебя даже сильнее, чем мои на меня. У тебя нет ничего кроме этих историй. Или, может быть дело не только в этом. Ведь мои родители оставались понимающими и любящими, а твои оказались нетерпимы к странностям и психическим расстройствам и запихнули тебя туда, где мы с тобой и встретились. Ты несколько раз сбегала, но всегда возвращалась, потому что тебе некуда было идти. Я пытался найти для тебя приют в своем доме, но такую безумную идею даже мои родители не одобрили.
Мне кажется, что иногда ты меня ненавидишь и я для тебя не более, чем назойливый поклонник. Но тем не менее я всегда возвращаюсь и слушаю твои истории. А потом ты названиваешь мне, чтобы услышать мой голос. Кто-то из нас безумен. Правда?

Поделиться42022-05-24 14:38:28

Автор: v z n f
Администратор
Зарегистрирован: 2014-04-23
Приглашений: 0
Сообщений: 355
Уважение: [+3/-0]
Позитив: [+0/-0]
Провел на форуме:
7 дней 20 часов
Последний визит:
2026-02-20 18:23:13

Шакалы всегда идут на смерть. Находят ее, где бы не спряталась. Шакалы всегда идут на запах горя... и неуемный плачь. Шакалы всегда поблизости, когда ты умираешь. Ты их не видишь. Но они будут рядом тогда, когда истончится последний вздох. Клаус тоже был шакалом, когда дело касалось смерти - он чувствовал ее в шаге от себя, в миле от себя, на другом конце планеты. Кто-то всегда умирал. И знание этого ничего не изменит. Предчувствие этого никак не поможет.
Поэтому у Клауса не было плана. Он, словно голодный пес, шел на запах смерти, просто шагал вперед со своим дурацким громоздким рюкзаком. Лес жил за минуту до того, как он приходил, и умирал на мгновение, когда ботинок касался земли. Его присутствие ненормально, глубоко врезается в суть мироздания и мешает жизни. Как только он проходил, лес оживал. Клаус любил лес. Почти также трепетно, как пустыни. Но в отличие от пустынь, лесные просторы встречали его с прохладой и безразличием. Скажем так, не этого он ожидал от своего грандиозного путешествия автостопом по родной стране. Такой ли уж родной? Жизни смешались, личности стирались друг об друга и Клаус уже не был точно уверен, где он, кто он и вообще зачем. Одно он осознавал достаточно ясно: он - бог Смерти. Так почему же он решил, что природа будет льнуть к нему как к красавице Белоснежке? Он даже петь не умел.
Зато он умел находить их. Кости, черепа, безжизненные тушки белок и кроликов. В награду за то, что Клаус терпел неприязненное отношение, лес как будто делился с ним материалами для творчества. Или же звери приходили умирать рядом с ним. Может быть, так им было спокойнее? Возможно, немного теплее. Собрав достаточно, Клаус по обыкновению направлялся в сторону близлежащего города, где можно было бы снять мастерскую и потратить блаженные несколько дней на творчество. Так он и поступил. Требовалось как можно скорее найти место для шкурок. Без холодильника они рано или поздно начнут издавать не самый приятный запах. Но время еще было, поэтому Клаус не сильно переживал.
Он понятия не имел, куда его занесло. Городок казался маленьким, но полным жизни. Верно, он оказался где-то в пригороде Атланты. В прочем, самого Клауса это мало интересовало. Клаус старался избегать крупных городов из-за большого количества людей - как живых, так и мертвых. Это создавало особую тревогу, мешающую нормально существовать. Поэтому пригород, хоть и довольно многолюдный, успокаивал - рядом леса и природа, куда можно сбежать в случае проблем. Клаус не думал сильно задерживаться. Хотя в этом месте чувствовалось что-то, вызывающее смутное спокойствие. Как будто переступил порог родного дома. Клаус был не до конца уверен, но место это было будто пропитано до боли знакомым запахом смертей. Клаус смотрел вокруг и видел это. Чувствовал. Шакалы идут на звуки горя. И сюда он пришел явно не случайно.
На главной площади стояла женщина, трепетно прижимающая к груди стопку листовок с детской фотографией. "Кто-нибудь видел Эмили?" - красные буквы горели на смятой серо-белой бумаге. Женщина выглядела подавленно, люди сторонились ее, даже смеялись, проходя мимо.
- Эй, сумасшедшая! Оставь свои сказки, возвращайся домой, пока сама не потерялась, - крикнул мужчина, вырывая листовки у нее из рук и кидая их на землю. Пачка приземлилась прямо в небольшую грязноватую лужу. Нет предела человеческой жестокости и глупости. Такие экземпляры давно должны были стать нормой, однако все равно раздражали и вызывали ощущение духоты. Раз за разом сталкиваясь с невежеством, Клаус все больше испытывал теплоты в отношении своего замкнутого и одинокого мира, где мертвые служили ему друзьями. Женщина поспешила спасти листовки, но резкий порыв ветра успел быстрее. Листы бумаги устремились в сторону Клауса, и он неуклюже успел словить несколько листовок, летевших прямо ему в ноги. Тем временем, женщине удалось спасти примерно половину стопки. Клаус огляделся по сторонам и подошел к женщине.
- Это...хм... ваше.. - голос его звучал хрипло от долгих дней молчания. В лесу разговаривать не с кем. Да и не зачем. Женщина - теперь Клаус увидел, что лицо ее выглядело несколько опухшим, видимо, потому что она плакала - забрала листовки и благодарно кивнула, пытаясь не смотреть Клаусу в глаза. Было видно, что она смущена тем, что произошло несколько минут назад. Клаус прочистил горло.
- Что у вас случилось?...
***
Отчаянно хотелось понять, какой в этом смысл. Что делать художнику, таскающему в рюкзаке останки живых некогда существ, среди поисковой команды? Тем более, что после нелегкой дороги он жутко устал. Он должен бы заняться чем-то другим: найти мастерскую и ночлег, сходить в паб, быть может даже найти интрижку на одну ночь. Почему, спрашивается, он, вместо этого, наткнулся на безутешную мать и, будто ему есть дело, согласился помочь в поиске девчонки, пропавшей неделю назад. Ему нужен душ. А он тащится в полицейский участок. Усталость наваливалась постепенно, груз рюкзака все больше давил на плечи. Полицейский участок встретил его прохладой и раздражением. Молодой лейтенант чуть не сбил его с ног и смачно выругался по этому поводу. Клаус виновато потупил взгляд и пробормотал извинения. После неловких поисков, парень отправился к сержанту, которого упоминала мать пропавшей. Тот выглядел усталым - еще более усталым, чем сам Клаус. Лицо у него было хмурое, как будто в вечерний кофе кто-то добавил уксуса. Клаус снял рюкзак и поставил его рядом с собой, присев на предложенный ступ. Плечи неприятно загудели. Сержант нетерпеливо уставился на своего посетителя.
- Я хотел бы узнать побольше про поиск девочки. Эмили, вроде. Поисковой отряд сформирован? - полицейский сильно напрягся и на выдохе произнес:
- А вы, получается, тоже журналист?
Что значило это "тоже", Клаус понятия не имел, но мотнул головой, - не журналист. Доброволец. - Сержант тут же расслабился и рассмеялся. По крайней мере это хриплое повизгивание отчаянно пыталось быть похожим на смех. Клаус почувствовал себя несколько неуютно.
- Идите-ка, отсюда, молодой человек. У нас нет никаких поисковых отрядов. Ишь чего выдумали, по проклятому озеру еще таскаться. Идите, идите. Забудьте об этом. Ну или за журналисткой ступайте, она там уже во всю рыщет. - Заискивающий тон резко испарился и сменился на уверенный насмешливый. Клаус хотел было сказать еще что-то, но полицейский снова визгливо рассмеялся и махнул рукой, мол, идите, мне с вами общаться больше не о чем.
Клаус смотрел на него, словно истукан, и не мог сообразить, что все это значит. Уставший мозг решить проблему не особенно помогал. Наконец, Клаус сообразил, что, похоже, делать ему тут нечего, и покинул участок. Глаза закрывались на ходу. Вопрос что за журналистка такая? никак не шел из головы. Парень присел на ступеньках перед уютной, на первый взгляд, кофейни или магазинчика, и покопавшись в рюкзаке, обнаружил там сок и маленькую булочку. На коленях у него был смятый листок с фотографией маленькой девочки по имени Эмили. Прикончив свой неприглядный ужин, он долго смотрел на бумажку и сам не заметил, как уснул, устроив голову на своем необъятном рюкзаке.
***
Пробуждение оказалось не из приятных. Молодая низенькая девушка, выглядящая явно испуганно, по всей видимости, приняла Клауса за бездомного, а потому довольно безжалостно вылила на его брюки стакан воды и сообщила, что он пугает посетителей, да и вообще, ступени - не кровать, и спать на них неправильно. Конечно же, сказано это было отнюдь не ласково, Клаус даже успел удивиться, как в такой хрупкой на вид девушке помещается столько бранных слов. Однако правоты ее это не уменьшало. Клаус, чувствуя себя несколько сконфуженным, пробормотал неловкое "простите", подхватил рюкзак и сбежал от испуганной девушки в сторону леса, из которого пришел некоторое время назад. Разница была лишь в том, что теперь он хоть немного поспал, и штаны у него были мокрые. Что делать и как искать ребенка или загадочную журналистку, Клаус понятия не имел. Навыков в поиске живых у него не имелось. Его стихией были мертвецы. Он говорил с ними, он знал их. Они вторили ему, были его друзьями. А что делать с теми, кто еще жив? В очередной раз парень прошелся взглядом по листовке. Мать девочки говорила что-то про озеро. Про него же упоминал и полицейский. По всей видимости, имелось в виду озеро Ланье, которое он видел на карте где-то около леса. Клаус слышал что-то про это озеро. Какие-то мрачные истории, якобы там жили мертвецы, тянувшие за собой живых. По всей видимости, начинать стоило оттуда.

Страница: 1

Once upon a time: magic comes with a price

Меню навигации

Пользовательские ссылки

Информация о пользователе