P.S. Я позволил себе изменить персонажа под себя, насколько я помню, администрация позволила) 
1. Имя персонажа
Аарон Энтони Коннорс | Aaron Antony Connors– настоящее имя
Сокращения: Рон, Тони
Предпочитает использовать ряд своих псевдонимов, поскольку настоящее имя терпеть не может по ряду причин
Наиболее употребляемые псевдонимы:
Lucas Jefferson - Люкас Джефферсон (наркотики)
Уильям Смайт - William Smythe (хозяин книжного магазина)
Lord Benjamin Grace Barton - Лорд Бенджамин Грейс Бартон (благодетель)
Sebastian Harrison - Себастьян Харрисон (постоянное имя)
Прозвища:
Их он тоже имеет предостаточно. Частенько слышит в свой адрес такие прозвища, как Кощей, Шакал - Jakal (за особую любовь к жестокости), Шершень, Гиена.
За особую любовь к шляпам и не до конца адекватное поведение получил так же кличку Безумный Шляпник
2. Возраст
29 лет
3. Внешность
Прототип: Thomas William Hiddleston | Томас Уильям Хиддлстон
Кому-то он запомнился рыжим, небритым юношей в небрежной одежде. Кто-то, вспоминая его, говорит об уважаемом устоявшемся человеке с прилизанными смоляными локонами, чуть ниже плеч. Ну а некоторые не могут забыть его короткие блондинистые кудри и свежее мальчишеское лицо. Сказывается то ли детская мечта меняться день ото дня, то ли это нужно для того, чтобы всегда заметать следы... Это неизвестно. В чем бы ни была причина, факт остается фактом. Этот человек может за пару дней преобразиться до неузнаваемости, и только холодный взгляд ярко-голубых глаз сможет доказать, что перед вами тот самый неуловимый хозяин точек сбыта.
Его внешность неуловима. Стоит только взглянуть на него, начинаешь жадно всматриваться, пытаясь сохранить в памяти острые скулы, слегка впалые щеки, легкую безумную улыбку тонких губ. Но стоит отвернуться на одну лишь секунду, портрет стирается, а вместо него остается окутанный пеленой образ. Искрящиеся льдом и безумием глаза. Да, именно ледяное безумие витает вокруг него. Настолько холоден, что прикосновения его тонких музыкальных пальцев обжигают.
Он странный. В один момент из него будто сбегает весь этот кошмар. Взгляд теплеет, о скулы уже не боишься порезать руку, а руки уже не кажутся столь опасным оружием. В глазах поселится непонятная грусть, вот уже перед вами сидит милый котенок, которого только и можно, что защитить. Он мил, нежен, ласков. Но внутри спит чудовище. Стоит ему захотеть, оно вырвется наружу, но это уже ярость тигра, а не злость ледяной скульптуры.
Он сам может управлять тем, какой образ создает его внешний вид. Не многим подвластно такое искусство, когда сначала ты внешне внушаешь доверие, а потом при виде на тебя люди испытывают неподдельный страх.
4. Деятельность
Владелец всех крупных точек сбыта наркотиков во всем Лондоне.
Параллельно владелец небольшого книжного магазина, являющимся для него одновременно прикрытием и отдушиной.
Время от времени опасный маньяк по прозвищу Шакал, выходящий на улицы города, чьи зверские убийства, к счастью, не пошли в прессу.
5. Общая информация
Питает слабость к шляпам
Предпочитает носить костюмы, но не слишком строгие, чтобы не казаться слишком уж важным.
Описывая его болезнь, можно назвать ее как «Непредсказуемые приступы безумия и неконтролируемой ярости»
Предпочитает мотоциклы машинам
Слушает рок, частенько, когда убивает, устраивает себе музыкальное сопровождение
P.S. В конце есть собрание фактов под спойлеров, описанное в данном пункте без лишней воды. Это для тех, кому лень читать всю эту простыню хд
Старый добрый Лондон, какие тайны ты хранишь в своих архивах? Немало прошло сквозь тебя убийц, насильников, богатых начальников, любящих позабавиться со своей секретаршей.... Немало видел ты и добрых людей, защитников страдающих и ущемленных. Но увы, из этого милого парня ты не смог сделать достойного человека. А ведь, казалось, в начале все было так просто. Просто и легко. Все было правильно, когда маленький рыжий мальчик выбегал из родительского дома, радостно выкрикивая новые идеи для игр. Все было невероятно приятно, когда отец шел следом в невесомой улыбкой, подбирал на дороге две длинные палки. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но ничем другим это просто не могло быть. Счастливый хриплый смех в ответ на удивленные мальчишеские восклицания; бесконечная игра в пиратов, мушкетеров и самураев; мелодичный до безобразия французский язык каждый день на протяжении нескольких часов; завораживающие звуки скрипки и фортепьяно посреди небольшой гостиной.... Удивительно хорошо и слишком прекрасно для правды. Но это было правдой в глазах девятилетнего ребенка, пока однажды солнечный рассвет не нарушил тихую домашнюю идиллию. С того самого момента, как встало солнце, бесконечно яркое и теплое, тихий добрый смех в его доме прекратился, также, как и прекратилось для него само понятие дома. Из жизни рыжего кудрявого мальчика вырвали самое дорогое и самое важное, что когда-либо было у него. Громкие крики и разбитая посуда отняли у него отца. С тех пор Аарон Коннорс ненавидит солнце, потому что за его личиной срывается зло и несправедливость.
Казалось, жизнь остановилась. Вместе с отцом ушли и уроки любимого французского, ушли музыкальные часы, ушел родной дом. Кормильца в семье больше не было, мать не могла заплатить не только за хорошее обучение сына, она не могла позволить себе хорошей еды. Начались слишком тяжелые времена. Аарон продолжал упорно, не смотря ни на какие невзгоды, заниматься своим образованием. Он совершенствовал свои знания везде, где только мог. Он обещал отцу всего одну вещь, он намеревался ее исполнить, чего бы это ему не стоило. "Будь достойным того, каким ты себя видишь в будущем. Не подведи свои детские мечты, как я уже подвел тебя..." - всегда, вечно крутились эти слова, сказанные таким родным и любимым голосом. Коннорс не позволял себе забыть их даже на секунду. Единственные слова, которые навсегда закрепились в его памяти. Оправдались ли они в будущем? Он так и не смог ответить себе на этот вопрос. Дадут ли ему ответ те, кто знает его историю? Решение принадлежит только им. А чем была та самая детская мечта, не знает даже Аарон. Он никогда не мечтал о славе, которую получил, он вряд ли хотел получить власть, которая позже стала лежать перед его ногами. Он хотел стать достойным. И кажется, именно это ему не удалось.
Самые кризисные ситуации прошли, вслед за ними начались более менее спокойные времена. Рон ходил в школу, совершенствовал свои знания в области иностранных языков, всерьез увлекся литературой, однако никто по-прежнему не признавал его как способного на многое юношу. И кто знает, может быть все продолжалось бы так еще долго, может он остался бы незаметным пятном в обществе, если бы однажды не произошло нечто из разряда "слишком уж слабо верится, но все же факт". Он - слишком незаметный для того, чтобы задиры из класса и старшей школы обращали на него внимание - вдруг стал объектом всеобщих насмешек и презрительных улыбок в свою сторону. Что могло так изменить отношение к себе за несколько дней? Никто не давал юноше ответа на этот вопрос, пока однажды парень не услышал роковой разговор старшеклассников, который отвечал на все, что успело завязаться в невообразимого размера клубок лжи и недоговорок в семье Коннорсов.
"Нет, вы только представьте, Питер ее вызвал, а когда она в комнату вошла, я прям, в голос рассмеялся! Она входит, а он ей: "Здравствуйте, миссис Коннорс..." Нет, вы представляете, мать того самого Коннорса проститутка! Он теперь, наверно, бесплатно трахаться может!" Громкий смех, не понимающих насколько они жестоки, подростков, разрывал сердце Аарона на части. Он не ожидал предательства со стороны двух самых близких теперь ему людей. Лучший друг, узнав тайну его матери, не только не рассказал ему о произошедшем, но и стал всячески избегать встречи. Миссис Коннорс же пряталась за слезами и оправданиями. Аарон уже слышал все, что она ему сказать. Он знал, что в ином случае их семье не удалось бы жить нормально, но он не смог вынести той мысли, что другого выхода нет. Он бился в истерике, кричал на мать, требуя от нее отказаться либо от сына, либо от работы, которая испортила его жизнь навсегда. Он взял с нее обещание, что она прекратит свое занятие, хотя бы ради своей чести. Но, увы, "Ночной бабочке" не удалось его сдержать. То ли ее работодатель угрожал, что убьет ее, то ли она даже не пыталась ничего сделать, итог был один. Аарон, одержимый мыслью, что мать испортила ему жизнь, теперь не переживал ни дня без конфликта. Начались ссоры, непрекращающиеся крики и беспричинные упреки. Мягкая, более менее нормальная жизнь вновь сменилась сущим кошмаром.
Год спустя, когда Аарону было 17, он понял, что раз мать сама не собирается ничего делать, поэтому сам подался "на темную сторону". Все началось с нескольких удачно выполненных поручений, которые дал ему босс местной преступной группировки. Стоило несколько раз появиться там, где нужно, при этом привлекая всеобщее внимание, и вот уже о нем говорят во всем преступном сообществе. Он зарекомендовал себя как человек, способный выполнить любое поручение в кратчайшие сроки, при этом даже выиграть больше, чем надо. Он вывел себя в свет сам, просто не собираясь брать больше, чем ему дают, а, иногда, не беря вовсе. У него был нюх на тех, кто хочет его обмануть, подставить или заставить работать на себя. Будучи слишком вольным, он выбирал работу по вкусу, поэтому его тяжело было заполучить. Наверно, именно поэтому он и выбился в люди в срок, счищающийся почти невозможным. Аарон слишком уж любил опровергать факты, поэтому за год он стал тем, о ком говорят все. Он нашел золотую жилу, поэтому перешел с обычных поручений на работу, связанную с наркотиками. Хоть он и начал с самого низа, как и все, новенького Люкаса Джефферсона приняли со всеми почестями, увидев в нем необыкновенный талант. Восемнадцатилетний парень мог заставить даже святошу купить самый дорогой товар. Как ему это удалось? Кто-то поговаривал о том, что он способен загипнотизировать покупателя; некоторые утверждали, что все дело в том, что он ничем не дорожит, ему нечего терять; ну а третьи же понимали, что с его харизмой и знанием психологии и не только такого можно добиться. Впрочем, он не стремился быстро подняться наверх, его поднимали остальные, пуская о нем столько слухов, что даже самые отпетые преступники могли об этом только мечтать. О нем ходили легенды и сказки, а он только слушал и удивлялся тому, как его отожествляют с великими фокусниками, магами и злыми колдунами. Ему льстило, льстило невероятно, но он продолжал работать, как ни в чем не бывало, будто он по-прежнему слишком незаметен. Что же касалось полиции, тут он тоже пользовался большой популярностью, но стоило только стражам закона найти его след, он раз за разом пропадал из виду. Неуловим, слишком хорош... Никто не знал оборотную сторону его жизни, так уж случилось, что доверять он никому больше не мог, впрочем, не особо-то это его и угнетало.
А на другой стороне все было не так уж и гладко. Возвращаясь домой после очередного "рабочего дня" не в самом приподнятом настроении, так как сегодня уж слишком много людей пытались его поймать, Аарон увидел дома то, что слишком сказалось на его психике. Ведь не каждый день, входя в свою собственную комнату в небольшой слишком плохой квартире в самом неблагополучном и грязном районе Лондона, можно застать родную мать, стонущую под потным наркобароном, на которого работаешь в данный момент. И, что самое неприятное, все это зрелище на любимом диване, за который пришлось отдать выручку за три месяца. Это был очень хороший кожаный диван. И это было самое неприятное, что Аарон когда-либо видел в жизни. Это было самое отвратительное, что он вообще мог себе представить за всю свою жизнь. Несмотря на потрясение и отвращение, он со спокойным видом собрал свои вещи (благо их было немного) и, выходя из комнаты, произнес: "Диван оставь себе на память об унижении, которое ты испытаешь еще не раз. И да, забудь навсегда своего сына, у тебя его больше нет". В тот момент, когда за ним закрылась тяжелая дверь, юноша отверг свое настоящее, самого себя. Его имя теперь было забыто им, не позволялось никому больше назвать его Аароном. Теперь он звал себя Себастьян Харрисон, теперь он был один. Сам по себе в целом мире. И это, несомненно, пошло ему на пользу. Юноша действительно не боялся потерять все, потому что у него ничего не было. Ни денег (за свою работу он обыкновенно брал мало, потому что у него было все, чтобы жить, а за квартиру платила мать), ни жилья, ни планов на будущее. Да и какое может быть будущее у человека, который уничтожен морально и физически? Какое будущее может быть у человека, чья психика разрушена навек? Случайное доказательство вины матери стало причиной возникновения у Себастьяна серьезного психического заболевания, однако, к счастью, ближайшее время юноша об этом даже не догадывался. Он продолжал работать, как ни в чем не бывало, срываясь иногда на обычных прохожих, но это ему казалось побочным эффектом от напряженной работы. Может, это было и так, потому что работал Харрисон действительно очень много, а денег брал за свою помощь так же мало. Никто не знал о его трагедии, а он не особенно собирался рассказывать, поэтому намекать на то, что теперь его финансовое положение изменилось, он не хотел. За год юноше удалось получить достаточное количество денег, чтобы безбедно существовать, живя в небольшом отеле, где жил, по сути, только он да хозяева. Это устраивало, не стоило много денег, и было вполне себе удобно. Платил юноша немного, питался скудно, но неплохо. Еще за год такой жизни он скопил на приличную небольшую квартиру ближе к центру. На работе ввысь не рвался, за что был в очередной раз награжден огромным количеством слухов. Мол, "слышали, Харрисон квартиру купил. А зачем ему квартира, он ведь не спит по ночам. Да он, кажется, вообще не спит! Вампир? Да нет, слишком слабо, да и солнца не боится.... А чеснок видели, как уплетает? Демон он, из преисподней! Иль того похуже... Дьявол!" Себастьян следил за каждым слухом, что был высказан в его сторону. К счастью, никто и никогда не смог добраться до правды. Кроме одного человека. Но это уже совсем другая история.
Пока по подворотням Лондона росли слухи о нечистом, набирающем силы, юноша эти слухи только подтверждал. К 23 годам он, по-прежнему являясь, по сути, обычным парнем на побегушках, скопил состояние, достаточное для спокойной жизни до самой старости. Он не хватал звезд с уже открытых для него небес. Он хотел устроить звездопад в свою честь. И все бы, возможно, никогда бы не пошло по задуманному плану, если бы не одно случайное убийство...
But I got a girl who can put on a show
the dollar desides how far you can go....
She wraps those hands around that pole
She licks those lips and off we can go
She takes it off nice and slow
cause that's pornstar dansing
(c)My Darkest Days – Porn Star Dancing
Ночь уже вступила в свои права давным-давно, погасила все свои светила. Луна же, отказавшись оказать подчинение, выглянула из своей темницы, ожидая увидеть на улице, в старой подворотне, маленькое шоу. Слишком банально, слишком скучно, не так ли? Попробуйте повторить эти слова двадцатидвухлетней девушке, идущей на вызов. У нее ярко-рыжие локоны с золотым отливом, словно крылья жар-птицы. У нее молочная кожа, открытая почти везде. Слишком откровенная одежда не оставляет места даже для случайной фантазии, слишком похотливый огонек серых до бесконечности глаз не оставляет ни единого места для сомнений. У Себастьяна приступ. За пять лет он понял, что это не просто усталостная истерика, это нечто куда более страшное. Когда это началось? Юноша определенно знает ответ, но он не смеет вспомнить хотя бы частичку из того рокового вечера. Его разрывает от беспричинного гнева, ему в голову, кажется, посадили безумного сверчка, который только и твердит одно слово, которое может потянуть на определение всей его жизни. "Безумие. Безумие. Безумие..." Оно охватывает саму суть бытия, оно охватывает каждую сопротивляющуюся частицу молодого разума. Оно заставляет глаза блестеть в предвкушении чего-то слишком приятного сегодняшней ночью. Голубой холодок безумия скользит по всему телу, искривляя тонкие губы в зловещей усмешке. Есть сказка про продавца кошмаров, крадущегося по пустым подворотням, гордо шагающего по темным улицам после каждого проданного совершенства в области ужасов. Знакомьтесь, воплощение всех детских кошмаров в искрящихся голубых глазах. Не смейте отвести взгляд, хотя никто все равно не захочет. Новоиспеченный кошмар шел в поисках своей жертвы. И вот она... В противовес ему вся пахнет огнем и светом. Ох, гордость как низко ты утащила свет, если стоящая перед голубоглазым чудовищем – чистое его изваяние? Наверно, тяжко приходится добру в этом мире. И когда это оно успело стать столь трусливым? Себастьян обхватывает длинными ледяными пальцами тонкую руку девушки, тянет ее на себя... В мгновение красавица оказывается прижата к стене, у ее молочного горла сверкает нож из редчайшей лунной стали. Юноша кажется девушке исчадием ада, впрочем, он именно оттуда сейчас и пришел. Она пытается кричать, но внутри не осталось ни звука, ни воздуха. На ее лице застывает гримаса ужаса, когда он ласково гладит ее по щеке...
– Ты безумно похожа на мою мать....
Мягкий, ласковый голос, с легкой хрипотцой разрывает тишину на тысячи осколков. Слишком добрый и нежный, слишком... Успокаивающий. Его движения, четкие и резкие, не приносят боли. Он улыбается, поднося ко рту пальцы, вымазанные в багровой темной жидкости. Его глаза горят ярким холодным огнем, когда он слизывает кровь с музыкальных пальцев. Себастьян закрывает глаза и вспоминает все. Каждая страшная секунда, которая отпечаталась в его памяти и никак не хотела уходить, теперь заставляла вспомнить. Чувство унижения? Страха? Боли? Все они испарились, когда кровь просочилась сквозь рану на груди. Их разом заменили месть, торжество и холодное безумие. Добро пожаловать в новый мир, чудовище, добро пожаловать на темную сторону луны.
На следующий день он проснулся на своей кровати. Красная от чужой крови рубашка валялась на полу, напоминая в точности события минувшей ночи. По классике жанра Себастьян должен был бежать. Прятаться, спасаться от того, что появилось в нем и, наконец, дало ему волю. Ведь все обычно прячутся от себя. Но Харрисон увидел в себе необыкновенную мощь. Он поднял прямое доказательство его вины, вдохнул запах ночного воздуха и высохшей крови... И рассмеялся. Громко, радостно, чувствуя, как эйфория вчерашнего вечера захлестывает его с головой. Что делать дальше? Он собирался воспользоваться своим ужасным положением. Он собирался воспользоваться своей болезнью. Но как не вовремя события вчерашнего вечера вспыхнули в голове, разрывая тонкую ткань сознания на мелкие кусочки. Ты безумно похожа... на мать. Мама. Это слово было самой последней каплей в голове. Осознание наступило без единого промедления. Он был готов убить свою мать. Мозг услужливо подбрасывал из давно забытого склада картины счастливого детства и радости. А следом золотые локоны, струившиеся вчера сквозь его пальцы, испачканные в крови. Готов. Убить. Собственную. Мать. Нет, невозможный вымысел и пустая шутка. Даже беспощадный убийца не способен на такую подлость. Сумасшедший маньяк способен. Не стоит позволять ему сделать это. Не столь уже рад своему положению, верно, Себастьян? Решение появляется вслед за отчаянием. Португалия. Это слово, это место, это - безопасность. В несколько дней Лорд Бенджамин Грейс Бартон, владелец дома в Португалии и очень достойный человек созвонился с миссис Коннорс, которую порекомендовал ему ее сын. Спустя три дня леди была отправлена во владения Лорда в качестве управляющей. Она ни разу в жизни не видела своего работодателя, не понимала, почему он не появляется в своем шикарном, по ее мнению, доме. Она так и не поняла, что является хозяйкой не совсем скромного жилища.
Тем временем все, казалось, пришло в норму. Никто так и не узнал о том, что произошло в жизни за несколько дней. Но весь преступный мир говорил о неизвестном, убившем с особым изяществом и непередаваемой жестокостью "ночную бабочку" по имени Роза. Она была хороша, что тут скажешь. Но как хорош был он, столь тихо и красиво расправившись с юной похотливой девицей. Неизвестного убийцу назвали Шакалом, Себастьяна же, видя теперь в нем жестокий нрав, звали Кощеем. А он лишь улыбался, слыша отовсюду то одно свое имя, то другое. Никто не пытался искать настоящего убийцу, тайна и порог секретности, через который переступить нельзя, только увеличивали популярность Шакала. А вместе с ней и популярность Кощея, потому что он был одним из тех, кого начинающий маньяк не интересовал вовсе. Месяц за месяцем шли вперед, постепенно шумиха утихла, так как больше маньяк не проявлял себя, а если и проявлял, то следов не оставлял никаких. Все о нем позабыли, но Себастьян всегда знал, что пока просто не время для его появления вновь. Безумец не настолько безумен. Но скоро настанет и его выход.
Кощей. Его здесь ждали. Юноша вошел в блестящую залу, встретившись взглядом с полным мужчиной во главе стола. О да, этого человека он никогда не забудет. Кажется, и он не забыл Себастьяна. Весь вечер, в компании таких же отпетых негодяев, как и он сам, известный наркобарон вспоминал тот страшный для Себастьяна день. Он даже вспомнил тот злополучный диван! Со всеми подробностями он рассказал тот вечер, не назвав ни одного имени, ни разу не взглянув на Себастьяна. Юноше же не хватало такой выдержки, он вышел из-за стола в середине рассказа. Вышел, извинился, удалился из зала. Злость и ярость переполняли его, пелена безумия норовила вот-вот вырваться наружу. И она бы вырвалась, если бы не тот человек. Он был старше Себастьяна, но все же более живой, чем все сидящие за столом. Облокотившись на перила балкона рядом с Харрисоном, он зевнул и обратился к юноше повеселевшим голосом. Он говорил о скуке, об отвращении к подобным историям, о том, что вовсе не понимает, что он делает в этом месте. И в его словах Себастьян увидел и свои мысли. Мужчина, казалось, говорил то, о чем ему самому сказать не хватило бы духу. Слишком свободен и невероятно красноречив. Умен, воспитан... Он был идеалом, на который можно опираться, к которому можно стремиться. Кто вы? Себастьян, вроде бы, задал этот вопрос самому себе, он звучал лишь в голове. Но ответ последовал незамедлительно. Мориарти. Джеймс Мориарти. А затем он исчез, испарился. Больше Себастьян его в этом месте не видел.
Три дня спустя газеты пестрили новостью о самоубийстве известного в высоких кругах человека. Преступное общество узрело почерк уже забытого Шакала. Парадоксально, но факт. За одно убийство он приобрел свой неповторимый стиль. Он оставил на месте преступления слишком много крови... И, не смотря на это, полиция постановила: "нанесено несколько ударов в живот кухонным ножом. Скончался на месте от потери крови. На орудии убийства и в квартире чужих отпечатков пальцев не обнаружено, замки вскрыты не были. Специалисты пришли к выводу, что было совершенно самоубийство". Видимо, у полиции было полно других забот, кроме как искать убийцу без улик. Себастьян торжествовал. Преступный мир замер в ожидании и неизвестности. Шакал вновь исчез из поля зрения на какое-то время. А на горизонте уже замаячил уже знакомый, но от этого не менее интересный персонаж. «Здравствуйте, Аарон, давно не виделись…» Знакомый голос, прилизанная прическа и наглая ухмылка перед глазами. Джеймс Мориарти собственной персоной стоял на пороге квартиры Харрисона и только что назвал его настоящее имя. Джеймс Мориарти – паук, сплел вокруг юноши свою опасную паутину, и уже знал все тайны и секреты. Стоило сказать хоть слово, он говорил в ответ двадцать, и все они, все до единого могли быть использованы в качестве улики в суде. Ох, совсем не в то время появился в жизни Себастьяна этот человек, совсем не в то время криминальный консультант появился здесь. Не то время, не то место… Хотя, возможно, именно ему решать эти вещи. Ведь… идя наперекор всякой логике и здравому смыслу, Джим предложил юноше покровительство, обещая не раскрывать его тайну никому. Зачем это самому гениальному уму в истории преступного мира Аарон не знал, но с радостью принял его помощь, заранее почему-то ожидая подвоха. Но его не было. После этой необыкновенной встречи Харрисон больше ни разу не видел загадочного консультанта. Став его покровителем, он, казалось, разочаровался и исчез из жизни Себастьяна. Тот тем временем не собирался останавливаться на достигнутом, он все чаще, все больше крутился в высших кругах дилерского общества, раз за разом привлекая к своей скромной персоне все больше внимания. Да и Шакал не стоял на месте. Как только молва о нем прекратилась, он вновь показал себя во всей красе. Ночные улицы и окраины Лондона наполнялись слухами, испуганные ночным маньяком. Он все еще не оставил ни одного следа или улики. Только лужи крови и холодный труп. Кто-то восхищался мастерством этого человека, кто-то боялся теперь появляться на улице в темное время суток, не смотря на то, что жертвами Шакала были только лишь “ночные бабочки”. Обращаться в полицию было невозможно, потому что вся система проституции в Лондоне была весьма шаткой, а подобное действие послужило бы причиной ее падения. Словно карточный домик вся эта шаткая конструкция свалилась бы вниз с дикими криками и захлебнулась бы в собственном страхе. Но этого, увы, так и не произошло.
Себастьян развлекался, как мог, стараясь придумать все более изощренные способы убийства, когда безумие вновь накрывало его с головой. Каждый раз все казалось слишком избито, слишком скучно и недостаточно изящно. Он был слишком предсказуем, слишком обычен в своем безумстве, и это заставляло сердце болезненно сжиматься, требуя все новых извращений. И, как не странно, Шакал их находил. Оставляя на месте преступления послания будущим жертвам, рисуя кровавой кистью изящную букву «J» на кирпичной стене или грязном асфальте, он безумно хохотал от радости, что хоть что-то меняется раз за разом. Менял орудия убийства, но все же неизменно возвращался к любимому кинжалу. Он заставлял жертв кричать от боли, или затыкал их одним лишь взглядом в глаза. Он упивался страхом, который смешивался с похотью где-то внутри каждой из них. И ему было мало. Сказать даже, чертовски мало. Шакал жаждал новых острых ощущений, но они не смели появляться. И ответ пришел в виде короткой смс. Сутенеры добрались и до мобильных телефонов? Ох, зря, зря, еще как зря… Неизвестный набрал номер, и через полчаса в пустую квартиру пыталась попасть девушка по вызову. А маньяк стоял за ее спиной и улыбался в предвкушении шоу. Главное, не спугнуть пташку. Он подошел к ней сзади и обдал ее шею ледяным дыханием. Не меня ждешь, красавица? Очевидно, девушка ждала именно его. И вместе с ним она ждала свою погибель. Ее нашли спустя два дня в пустой квартире неизвестного, изрезанную вдоль и поперек искусно сделанным лезвием ручной работы. Но смерть наступила отнюдь не из-за многочисленных ран, совсем не из-за потери крови, и никак не была связанна с шоком и потрясением. Всему виной была маленькая черная заколка, которую беспощадный убийца вогнал в нежную шею девушки. Это был его первый рассвет с запекшейся кровью на губах. Тонкие, ласковые солнечные лучи напомнили ему о самом ненавистном рассвете в жизни. Себастьян Харрисон видел в каждом таком рассвете изменения. В себе и в предстоящей жизни…
Телефонный звонок. Они никогда не заканчивались хорошо, но, кажется, на этот раз юноше повезло. Слишком уж повезло, и слишком уж не верится в это случайное везение. Ведь мало кто спокойно воспринял бы в том положении, в котором находится сейчас Аарон, такой подарок судьбы. Один звонок, несколько фраз, и вот Аарон Коннорс, или Люкас Джефферсон, или кто-то там еще уже является владельцем самых глобальных точек сбыта в Лондоне. Письменную, а может и материальную благодарность стоит передать Мистеру Мориарти. Не забудьте отблагодарить его, он не любит не получать отдачи взамен на свою помощь. Сказать, что Себастьян прибывал в шоке в течение всей последующей недели – ничего не сказать. Весь день после сообщения сомнительного факта он смотрел на свой телефон, не в силах сдвинуться с места. Но верь или не верь, наследство надо срочно принимать, пока до него не попытались добраться знающие люди. Вместе с многомиллионным бизнесом он заполучил себе и все владения умершего наркобарона, но прибыв туда, понял, что излишний пафос нового дома заставляет его не просто морщить нос от неприязни и сурово поджимать губы, а скорее сдерживать подкатившую к горлу тошноту. В каждой комнате он заметил огромное количество позолоты, не один зал не остался без внимания белого порошка. Себастьяна тошнило от вида наркотиков, и он сам не понимал, почему начал заниматься именно ими. Скорее всего, это просто приносило немалое уважение, да и доход, как ни странно, прельщал. Изучив все, что теперь ему принадлежало, Джефферсон сделал свои первые изменения в бизнесе по продаже наркотиков. Не было больше баронов, он скупил все возможные точки сбыта. Теперь все были лишь его подчиненными, и юноша приблизил к себе только тех, кого считал нужным. Потные мужчины, смеющиеся над рассказами о том, как они развлекались с очередной проституткой, ушли в прошлое. Да, у них по-прежнему были деньги, но с наркотиками они больше связаны не были. Под опеку Себастьяна попадали только те, кто мог и хотел работать. Роскошные дома стали их домами, но стоило кому-то возомнить себя боссом, его убирали. И по большей части вернуться они уже не могли. Ну а кому когда-либо удавалось вернуться из загробного мира? Кощей был жесток, у него везде был свой изящный и беспощадный стиль. Безумный шляпник. Так его прозвали за то, что он, благодаря наркотикам подмял под себя весь город, и, имея такую власть, вел себя слишком непредсказуемо. Он сам вел все дела, которые его интересовали, контролировал каждый шаг своих подчиненных. А иногда просто запирался в своем книжном магазине (где он, кстати, и жил), и никто не видел его неделями. Но даже оттуда он следил за всеми, словно хищник следит за своей жертвой. А непокорные… Непокорных не было. Зато было много жертв.
И большинство этих жертв принадлежало маньяку, что все еще появлялся по ночам, пугая маленьких детей и взрослых, казалось, бесстрашных женщин. Шакал все еще бродил по улицам Лондона, и, наконец, привлек внимание полиции. Этим делом занялся начинающий детектив, чье чутье уже не раз приводило его к победе. И на этот раз он тоже не прогадал. Спустя полгода кропотливой работы и веселой игры в «кошки-мышки», он нашел преступника. Питер (именно так звали детектива) узнал в убийце бывшего друга. Неуловимый Шакал был найден, но улики против него все еще не собирались появляться. Себастьяна взяли под стражу. Допрос, проведенный в строжайшей секретности, даже не записывался, что было глобальным упущением. Разборки старых друзей… Ох, Питер чувствовал вину за то, что его друг занялся столь ужасными вещами. Себастьян не отрицал его вины, ведь действительно, именно этот парень однажды обнаружил то, что мать Коннорса является проституткой. Помните? Именно Питер тогда сказал при старших товарищах фразу, изменившую жизнь Аарона. «Здравствуйте, Миссис Коннорс» - именно с этой фразы началось то, что началось. Питер был виноват, и оба это знали. Себастьян умел сыграть на чувствах друга, поэтому спустя несколько дней юношу отпустили, так как «детектив не смог найти нужных улик для суда». Однажды сломав жизнь Коннорсу, Питер не мог сделать это вновь. Кощей же, в благодарность, уходя из полицейского участка навсегда, прошептал на ухо бывшему товарищу несколько зловещих слов. «Когда настанет время, ты умрешь быстро и безболезненно, обещаю». Казалось бы, после этого Питер должен был сразу найти нужные улики, но… Дело о маньяке по прозвищу Шакал было закрыто, и нечего теперь ворошить прошлое. Спустя месяц или два убийства возобновились, но уже более осторожно и менее глобально. Пресса уже не сможет устроить сенсацию, а полиция, увы, ничего не сможет с этим поделать, потому что детектив, связанный с этим делом, отказался его продолжать.
You're my obsession
My fetish, my religion
My confusion, my confession
The one I want tonight
(c)Cinema Bizarre – My Obsession
Вновь оказавшись на свободе, Шакал, как уже было сказано, вернулся к своему кровавому занятию только спустя какое-то время. На самом деле, собирался он вернуться сразу же, если бы не один забавный факт. Очередной приступ случился с Коннорсом всего через неделю, и вот он уже поджидал очередную свою жертву в темной подворотне. Девушка восемнадцати лет шла по темному переулку. Слишком мила, слишком открыта, она даже в откровенной одежде казалась скромной маленькой девочкой. Шакал хватил ее, с силой придавил к холодной стене. Ледяные глаза вспыхнули ярким пламенем, на тонких губах заиграла хищная улыбка. Он любил играть со своей жертвой. Заставить похоть в глазах сменится глубоким страхом, а наигранное желание исчезнуть без единого следа. Он шептал ласковые слова на ухо, разрезая податливую плоть. Он покрывал кровавыми поцелуями нежные шеи. Он забавлялся, изучая взгляд, жест, крик… И впервые он увидел в глазах жертвы отчаяние, грусть и, кажется, желание умереть. Юная «бабочка» была другой, слишком зажатой и скованной. Почувствовав холодное прикосновение пальцев, она вжалась в твердую стену, с готовностью смотря в глаза неминуемой смерти. «Кто ты?» Тихий удивленный вопрос сам вырвался изнутри, когда встретившись взглядом с девушкой, потрясенный Шакал уронил свое излюбленное оружие на асфальт. Ответа не последовало. Шакал почувствовал странное притяжение, коснулся губами губ незнакомки, и его встретило лишь отвращение к прикосновениям, исходящее от девушки. Слишком чиста и невинна, она лишь фыркнула, когда юноша отстранился. «Ты так со всеми жертвами поступаешь, знаменитый Шакал? Тогда мне их жаль». Слишком дерзкая. Это только больше раззадорило Себастьяна, он ответил на ее реплику холодной усмешкой. «Ты первая…» Она закатила глаза. «Ну давай, убей меня уже, ты ведь за этим сюда пришел». Такого поворота маньяк точно не ожидал. Она что, искала его? Бегала по подворотням, в ожидании кровожадного убийцы? Да, она действительно искала смерти… Это застало маньяка врасплох. Холодный взгляд в одно мгновение прояснился, Себастьян разжал стальную хватку вокруг запястья девушки и поднял свой нож. Такое потрясение, что теперь играли с ним, даже жестокому Шакалу не давало спокойно дышать. Он развернулся и ушел. Спустя несколько секунд он услышал громкие шаги. Девушка, почти в ярости следовала за ним. «И что это значит!? Ты маньяк или нет, я зря тебя везде искала?» Себастьян предугадал слабый удар по спине и вновь схватил девушку за руку. Она явно была не в восторге от того, что Шакал не довел свое дело до конца. «Либо убей меня, либо бери в плен, делай что хочешь, но только не смей оставлять меня одну!» Злость и ярость сразу же сменились истерикой, и вот уже безжалостный маньяк сажает девушку на мотоцикл и везет к своему дому. Там он узнает, что девушку зовут Ребекка, что семья ее куда более жестока, чем знаменитый маньяк, что ее насильно заставили стать девушкой по вызову, и что каждый чертов день она искала смерти. Девушка вдруг стала для одинокого Коннорса своего рода лекарством. Спустя несколько дней пара инсценировала смерть Ребекки, а дерзкая, но по-своему наивная и кроткая девушка по имени Шарлиз Тернер стала ассистенткой Себастьяна и одной из двух самых дорогих ему людей, которым он мог всецело доверять. Вторым был отец, однажды появившийся в его книжном магазине еще до того, как Аарон встретил Ребекку, которого Аарон узнал за считанные секунды. Встреча с давно забытым родственником была чем-то похожа на Голливудские мелодрамы. Аарон считал, что после того рассвета, когда девятилетний мальчик попрощался с отцом, они больше не встретятся. Но судьба, видимо, посчитала иначе, подарив юноше новый шанс и самого лучшего советчика в мире. Эти двое – лучик света во тьме, поглотившей душу Аарона и те, ради которых он готов на добрые поступки, почти ему не свойственные, те, ради которых он меняется в лучшую сторону.
Жил в обыкновенной семье, где зарабатывал только отец, он же учил мальчика фехтованию, французскому, игре на форте-пьяно. Но когда Аарону было 9 лет, он встретил рассвет и попрощался с отцом, как ему казалось навсегда. Причина, по которой отец ушел из семьи, ему не известна.
Когда было 16, узнал, что мать подалась в "ночные бабочки" после ухода мужа. Устроил скандал, требовал от матери, чтобы она прекратила этим заниматься. После начались ссоры, не прекращающиеся упреки и беспричинные крики.
В 17 стал крутиться в преступном мире, выполняя мелкие задания
В 18 застал свою мать "на работе". Она спала с каким-то богатым папочкой на его диване. После этого Коннорс ушел из дома, после этого случая начались сдвиги в психике. В это же время начал вести дела, связанные с наркотой. Сам не употреблял, употреблять не собирался, однако "толкал" товар весьма себе неплохо.
За год уже имел достаточно денег для скромной жизни, учитывая, что уходя из дома остался без ничего.
За два года уже мог вполне спокойно жить в небольшой квартире. (20 лет)
За пять лет сколотил небольшое состояние (23 года)
Примерно в это время понял, что окончательно свихнулся, убив какую-то проститутку на улице, потому что она напомнила ему о матери.
На следующий день понял, что может быть опасен для матери, нашел с ней контакты в качестве безымянного спонсора. Дал ей задание (абсолютно бредовое) в Португалии, обеспечил дом и безбедное существование с условием, что она никогда не станет больше заниматься тем, чем занималась.
Спустя три месяца
На одном из дел встретил того самого мужика, что был с его матерью. Так как это был один очень опасный человек, с трудом сдержал гнев. Спустя три дня этот человек был убит в собственном доме при помощи кухонного ножа. Чужих отпечатков и следов взлома не обнаружено. В отчете полиции значится как самоубийство.
В этот момент познакомился с Мориарти, который неведомым образом узнал всю его историю.
Спустя пол года (примерно 24 года), во время очередного приступа вызвал проститутку. Убил с особой жестокостью при помощи ее же заколки (сначала истерзал ножом, потом вогнал заколку в шею). Впервые встретил рассвет после очередного убийства весь в крови, что служит началом кардинальных изменений в его жизни, как и тот день, когда ушел отец.
В 25 серьезно поднялся по своей карьерной лестнице, став приемником владельца всех точек сбыта (все благодаря Мориарти). В этот момент встретился со своим давним другом, который подался в полицию в качестве детектива (Питер - Девид Теннант) . Начали "играть с ним в кошки-мышки". В итоге, спустя полгода, оказался под стражей за обвинения в убийствах порядка семи человек ( всего семи! А их было куда больше). В последний момент Питер вытащил его из тюрьмы, "не найдя доказательств его вины". В благодарность Кощей пообещал ему, что когда настанет его время, он убьет его быстро и безболезненно.
До сегодняшнего момента живет припеваючи, прикрывая свои доходы книжным магазином, где, впрочем, живет (на втором этаже здания). Единственным его постоянным покупателем стал мужчина, владелец библиотек в Лондоне. В первую же встречу Аарон узнал в нем своего отца. Тот стал для него советником и совестью.
Продолжает свою деятельность, не особенно пытаясь скрываться, получая защиту от Мориарти. Предпочитает решать большие сделки самостоятельно. Продолжает страдать от своей болезни, время от времени оставляя кровавые следы позади себя
Спустя неделю после освобождения из тюрьмы во время очередного приступа на улице девочку (17-18 лет), которая подалась в проституцию (Ребекка). Преградил ей путь, собираясь убить, но увидел в ней тоже отчаяние, которое было в нем, когда он начал заниматься наркотиками. Отпустил ее, но она погналась за ним, требуя, чтобы он либо убил ее, либо сделал что-то еще, потому что она жить так, как живет сейчас, не может. Сделал ее своей помощницей. Жестокая семья считает ее мертвой. Она и отец – единственные, кому он доверяет.
6. Связь с Вами
620018549
7. Пробный пост
the die is cast, the life is over
Казалось бы, план бы предельно прост. Но Торрадей не учитывал самую очевидную вещь. Сейчас, вот уже порядка пяти минут он разговаривал не с обычным прохвостом из всеми забытой части ада, каким, собственно являлся и он сам. Он разговаривал с тем, кто близок к званию Короля. Нет, он уже Король, но даже у них иногда бывают повышения. И стоило ли лезть вперед, когда сам ничего ровным счетом не стоишь? А таких, как незаметный Торра, пытающихся выделиться из толпы, внизу было слишком много. И, возможно, через пару сотен лет найдется новый претендент на пост Короля, найдется новый желающий выпасть из водоворота ада, история повторится. А может именно сейчас она повторяется спустя долгое количество времени. Но это уже другая история. К сожалению, никто не учится на чужих ошибках, чаще всего потому, что просто не знает об их существовании. Казалось бы, в этот раз их не должно было быть, но все меняется, Земля крутится, а обычный прохвост никогда не сможет переиграть Короля. Кроули всегда был тем, кто без тени сомнения убьет того, кто встал на его пути. Он всегда стремился к цели, искал уловки, и что самое главное – он всегда находил выход из положения. И именно сейчас это было весьма некстати. Одно движение – обессилевшее тело падает на землю, а Торрадей теперь не в состоянии управлять им. И ему жаль, очень жаль компьютерного гения, который однажды пержил гибель своих родителей дважды.
Торрадей уже упрекал себя за то, что привязался к Гикнутому парню и не смог в один прекрасный момент подавить его волю. Сентиментальный демон? Не смешите меня! Но увы, доля этого страшного недуга закралась и в эту, вроде бы свободную от эмоций голову. Торра никогда не думал, что это сыграет с ним такую злую шутку. Не стоило давать ему права голоса, не стоит давать его теперь кому-либо. Красноглазый точно знал теперь одно – эмоции, желания, надежды…. Все это никогда больше не должно пытаться возвращаться в его мысли. Демон он или кто, в конце концов? Правильно? Правильно. Вроде бы все настолько правильно, что лучше уже не придумаешь. И остается в данной ситуации только одно – убрать все воспоминания, которые вот-вот нахлынут и не оставят от бывшего демона перекрестка ровным счетом ничего, из головы. Вырваться.
И все же, как это случилось? Слова, слова, они затуманили взор красноглазого. Только вот он до сих пор не мог понять, чьи слова. Сначала было слишком много слов, слишком мало дела, но вот что-то идет наперекосяк, и тут уже слишком много дела, слишком много слов. Он спас отца не особо привлекательной охотницы, но не смог спасти свою бедную тушку от поражения. Ах, если бы все было наоборот. Но история по-прежнему не терпит сослагательного наклонения, хотя без него не появился бы следующий рассказ.
Если бы там, неподалеку стоял человек, он бы сказал, что от тела, бездыханно лежащего на территории кладбища, пошел черный дым. И он был бы частично прав.
***
Если бы это был дым, то тогда безусловно очень густой и застилающий все на своем пути. Но это был всего лишь бывший демон перекрестка. Ему, как и любому демону, требовался сосуд. Просто так в этом мире, увы, выжить он не мог.
Темным бесформенным существом он стремительно летел вперед в поисках сосуда. И вот он – подходящий экземпляр, в данный момент достаточно взволнованный чтобы понять что происходит. Торра, будучи слабым демоном, был вынужден выбирать тех, чье состояние весьма прискорбно. Этот экземпляр, стоящий на перекрестке, был весьма кстати. Торра удивлялся, каким образом даже после того, как он послал свою «профессию» к чертям собачьим, ему удавалось встречаться с теми, кто хочет продать свою душу за исполнение весьма скучных просьб. Люди идущие на перекресток, бегут от двух вещей: от жизни плохой и слишком хорошей. Торра всегда безошибочно определял каждый из этих типов. Этот парень в толстовке и со странной улыбкой относился ко второму.
Если углубляться в психологию людей, то можно рассказать многое об этом кудрявом парне, например, что его отец – уважаемый физик, который хотел чтобы его сын пошел по его стопам. Но не тут то было. Ему не интересна физика, он живет танцем. И для того, чтобы посвятить свою жизнь танцам, он пришел туда, куда не следует ходить не только в столь раннем возрасте, но и в любом другом. Очаровательно, что в каждом человеке дух противоречия вызывает желание прийти и закопать маленькую коробочку, неправда ли?
Торрадей теперь искренне ненавидел перекрестки и тех, кто на них работает. Что же может быть лучше, чем сорвать весьма выгодную и легкую сделку, когда на тебя только что наплевали с самой высокой колокольни? Это риторический вопрос, если вы, дорогой читатель, решили поразмыслить об этом на досуге. Итак, если у вас есть шанс отомстить, убив одного из работников бывшего босса, да еще и сорвать куш в качестве недурной шкурки, что вы сделаете? Ну уж точно не продолжите лететь вперед в поисках очередного такого удачного стечения обстоятельств. Торрадей хоть и был глуп в глазах бывшего босса, но не настолько.То, что живет в сердце с рождения, невозможно убить простыми словами. Если только встав на ноги, ты понял, что тебе этого мало, то не стоит останавливаться на достигнутом. Если услышав музыку, готов на все, лишь бы начать танцевать, то это нечто большее, чем просто талант. Парень двадцати двух лет никогда и не надеялся, что ему удастся придумать как добится своей мечты. В его жизни всегда было только одно и то же – родительская неуверенность. Почему они никогда не понимали, что ему не интересна физика, его жизнь должна пульсировать и двигаться в ритме большого города и больших свершений. Как жаль, что для осуществления этого нужно продавать свою душу за жалкие десять лет.
«Действительно, жаль.» Вот чего, а голоса в голове парень точно не ожидал. Да еще и не своего голоса. Сходить с ума пока рано, вам не кажется? Впереди еще десять лет! «Не волнуйся, я всего лишь демон.» Тихо, заглушенно, но после этих слов что-то происходит и он сам уходит куда-то далеко в сознание, но продолжает понимать, что тело его контролируется, правда уже не им самим. Всего лишь демон как будто поставил стенку.
Всего лишь демоном, как уже успел наверняка понять любезный читатель, был Торра. Он, проявляя благосклонную вежливость, все же даже дал о себе знать перед тем, как захватить тело парня. А дальше все идет безумно быстро, на редкость быстро и четко. Демон исчезает с места встречи, оказывается на уже знакомом кладбище, забирает у бедняги Алекса все, что всегда носил с собой (ну как он мог оставить свою пачку сигарет и свои прекрасные метательные ножи, обладавшие особенностью все же приносить какой-никакой урон демонам!?), возвращается на перекресток, где его уже ждет другой демон, и за считанные секунды протыкает тому живот обожаемым ножом. Урона это, правда, великого нанести не должно было, но Торрадею явно стало чуть легче. В общем, теперь можно было и исчезнуть из поля зрения кого бы то ни было.
8. Ключ к Игре
Верно. Just God.
